August 31st, 2016

Самарский губернатор и подлость народников.

Голод 1898 года в Казанской, Самарской и Саратовской губерниях было сверху запрещено называть "голодом"- только "недородом". Правда это никого не обманывало.
В Самаре был создан общественный кружок для помощи голодающим. Назвался он скромно: "Самарский частный кружок". Не придерешься. Возглавили его бывшие народники старой школы: А.С. Медведев, А.С. Пругавин и Н.А. Хардина.
Под напором поступающих от земства сведений из деревни (земство сидело на попе ровно, но ситуацию пыталось мониторить), самарский губернатор Брянчанинов

разрешил работу кружка под строгим условием - ничего не печатать о себе и никак не афишировать свою деятельность.
Блестящий ход. В прессе все спокойно, шума нет, а с другой стороны пошли на встречу либерной общественности, да. А уж как они там будут работать - их проблема.
И вдруг, спустя всего несколько недель, губернатор узнает, что Кружок целыми караванами таскает продовольствие и одежду по деревням, открывает столовые, на его счету уже 25.000 рублей и деньги продолжают поступать! Откуда?!
Ну перед губернатором и положили на стол последние выпуски правительственных "С.-Петербургских Ведомостей" и "Котлина", где в рубрике частных объявлений регулярно печатались воззвания Кружка. Столичные подвязки народников не учли-то...
Брянчанинов, бедный, наверное как воочию увидел перед глазами запрос из МВД "что за дела?" и вопрос о своем соответсвии занимаемой должности. Вызвал градоначальника, главу жандармского управления и поехал лично орать и закрывать кружок.
А там его спокойно выслушали и спокойно ответили: "Хорошо, в случае закрытия, мы отошлем назад адресатам все поступившие пожертвования."
Вот так, прямо джеб в живот. Теперь к вероятной отставке совершенно явственно начало прилагаться слово "скандальная".
Брянчанинову ничего не оставалось сделать, как в лицо сообщить членам кружка, что они "подлецы" и поставить их под негласный надзор полиции. Кружок остался работать. Пятно на чести перенесли спокойно: Медведев, хоть и директор частного банка, но из крестьян - его папа и не такое терпел, Пругавин религиозный мыслитель и упоротый толстовец - ему пофиг, а Хардина - вообще женщина, сама обидеться может.

О работе Кружка - А.С. Панкратов. Без хлеба. Очерки русского бедствия. М, 1913.