December 13th, 2016

Что собирал Павел Иванович Чичиков.

О "Мертвых душах" Николая Васильевича Гоголя опубликовано столько исследований, что жизни, наверное, не хватит все их перечитать. Поэма рассмотрена с разных сторон в тысяче контекстов. Кажется, что о ней известно все. Но есть в ней одна грань, которая для нас сегодняшних спрятана и невидима. Гоголь писал еще и о страшном голоде 1833-34 годов. И в то время это был довольно мужественный поступок.


Чтобы понять это, вспомним кратко сюжет первой части. Что имеем?
Чичиков едет и скупает документы умерших крестьян, которые по ревизским сказкам еще живы, чтобы потом их заложить как живых и взять кредит в банке.
Здесь нужно пояснить, что такое ревизская сказка. А это, собственно, документ, подтверждающий результаты ревизии (переписи) податного населения. Чаще всего указывали только взрослых мужиков. От ревизии до ревизии все население, указанное в предыдущей, считалось живым. Жив крепостной - платит госналоги. Помер - до новой ревизии за него платит помещик. Мелким помещикам это накладно. Ревизии проходили не ежегодно. Всего их было десять с 1718 по 1856 гг.
Теперь смотрим, когда Гоголь засел за написание своей поэмы - это октябрь 1835 года. Действие поэмы многие литературоведы относят к этому же времени. То есть Чичиков разъезжает по N-ской губернии летом 1835 года. Последняя ревизия перед тем была проведена в июне-июле 1833 года.
Вспомните, каких по достатку помещиков навещает Чичиков? Правильно - только небогатых, которые рады избавиться и поскорее от "мертвых душ". У всех только по одной деревне. Точные цифры Гоголь не всегда указывает, но скупает Чичиков "жмуров" десятками. Меньше всего купил у Коробочки - 18. Всего, по оценкам упоротых литературоведов (гуглится), он успел купить от 400 до 450 душ.
Откуда, спрашивается, такая дикая смертность за два года? 400-450 - это только взрослые мужики (Чичиков только их покупал: вспомним, как Собакевич подсунул "Елизаветъ"), без учета женщин и детей.
Сейчас этот вопрос ставит в тупик, а тогда всем было ясно.
Павел Иванович Чичиков, сам того не желая, собирал статистику умерших от голода и сопутствующих эпидемий, которую никто тогда не вел.