?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Flag Next Entry
Помощь с эшафота.
d_clarence
Среди огромного количества трогательных, иногда забавных, невероятных и неожиданных упоминаний о конкретных пожертвованиях для наших голодающих в 1921-23 годах, особняком стоит один случай.
Все ученые, работавшие по теме Голода и копавшие помощь Межрабпома, его хорошо знают: его упоминает Вилли Мюнценберг (глава Межрабпома) в своих отчетах и книге о международной пролетарской помощи, датируя началом 1922 года, а за ним упоминает Ольга Каменева в брошюре того же года о текущей иностранной помощи голодающим. В научный оборот его ввели в своих монографиях Макаренко "Мировой пролетариат - стране Советов" и Добрин Мичев "Межрабпом - организация пролетарской солидарности".

Сообщение очень короткое:
"Перед своей казнью один югославский коммунист попросил передать все его личные вещи в пользу голодающих русских детей". Тюремные власти передали его часы, немного денег и костюм родным, а те и отправили их в белградское отделение.
Ни имени, ни фамилии.

Сегодня я нашел его.
Его звали Али Алиагич (Алија Алијагић), было ему 26 лет от роду


Дело было так.

В 1920 году в Югославии (тогда еще "Королевство сербов, хорватов и словенцев"), еще до образования югославской коммунистической партии, был образован "Союз коммунистической молодежи Юго-Славии". Костяк организации составляли 400 белградских и загребских студентов и, кто бы мог подумать, югославские интернационалисты, вернувшиеся на родину с фронтов нашей Гражданской. Первые отвечали за идеологию, вторые - за дисциплину и сильное нежелание полицейских избивать демонстрантов.
Первоочередная цель Союза была самая мирная - удержать различные анархические, анархо-коммунистические и анархо-ветеранские организации от необдуманного террора на горячую балканскую голову. Во главу угла ставили просвещение, умственное и физическое развитие.
Союз открывал в университетских центрах просветительские кружки, члены которых обязывались просвещать сельскую молодежь: натурально учили грамоте, читали лекции по географии (эта наука всегда заходила всем - наши крестьяне тоже постоянно требовали у наробразов присылать географов), истории, агрономии.
С "горячими головами" интернационалисты проводили беседы и указывали на несвоевременность вооруженной борьбы. Особо буйным по-братски втыкали.
В первый квартал своего существования Союз разросся до 6.000 членов по всей стране. В празднование интернационального дня молодежи Союз вывел на улицы Белграда колонну в несколько тысяч человек. От неожиданности власти вызвали артиллерию и пулеметные команды, но демонстранты вели себя мирно и дружелюбно. На выборах в Национальное собрание, при усиленной агитации Союза, в депутаты прошло 59 коммунистов и сочувствующих.

В это же время страна переживала глубокий экономический кризис, по городам прокатилась серия серьезных стачек, в которых небеспочвенно подозревали коммунистов. В Боснии бастующих рабочих пытались разгонять вооруженной силой, но за тех впряглось боевое крыло Союза. Произошло несколько потасовок, в которых полицейские и солдаты были биты.
На этой волне, смачно описав в правительственных газетах боснийские беспорядки, Совет министров королевства принял 30 декабря 1920 года решение о полном запрете всех коммунистических организаций и коммунистической пропаганды, которое получило название "Обзнана". Лидеры коммунистов и Союза были арестованы, имущество организаций конфисковано.

Удар застал Союз врасплох. Для перехода на нелегальное положение требовались время, деньги и опытные кадры. Уцелевшие лидеры пытались наладить связь и решить как жить дальше. В этой неразберихе первых недель от Союза стали откалываться анархисты и ветераны, восстанавливая свои прежние организации. И те и другие не могли мириться с пассивным, на их взгляд, сопротивлением Союза. При этом они сохраняли коммунистические идеологию и лозунги, да и просто считали себя "настоящими" коммунистами.
В одной из таких групп и состоял ветеран сербской армии, фронтовик Али Алиагич. Фронтовики, к тому же балканские, - это люди действия. Они решили мстить. В самом прямом и мрачном смысле.
21 июля 1921 года Али Алиагич застрелил в хорватском городке Делнице министра внутренних дел королевства Милорада Дашковича, подписавшего "Обзнану", и был схвачен на месте. Примерно в тоже время произошло неудачное покушение на самого короля.

В королевстве, на тот момент, действовал закон о запрете смертной казни за политические преступления. Но из-за убийства Драшковича и покушения на короля, для Али Алиагича сделали исключение. 8 марта 1922 года он был повешен во дворе тюрьмы города Загреба. После его казни в городе прошла мощная демонстрация, а к могиле началось массовое паломничество. Полицейские власти, справедливо опасаясь волнений, выкопали гроб и тайно перезахоронили Али.
Когда Тито пришел к власти и поднял тему первых югославских коммунистов, тайную могилу разыскали и установили на ней памятник


Али был первым и единственным коммунистом, казненным в Югославии в то время.
Можно по-разному относиться к тому, что он совершил, но то, что в последние мгновения своей жизни он подумал о нашей помирающей с голоду ребятне, заставляет меня с уважением и благодарностью отнестись к памяти этого человека.

Сам же Союз благополучно перешел на нелегальное положение. На объединительном конгрессе в Вуковаре в июне 1921 года, на котором была создана КПЮ, Союз стал опорой про-большевистского крыла и помог ему взять большинство в президиуме ЦК.

Материал про Али Алиагича нашел в журнале "Юный коммунист", № 6 за 1922 год. Остальное - в сербской Вике и на сербских сайтах по ссылкам.


  • 1
Есть коротенькая заметка и в русской вике.

  • 1