d_clarence (d_clarence) wrote,
d_clarence
d_clarence

Category:

Когда ты французский алкоголик и едешь в Екатеринбург на шесть месяцев.

12 июля 1922 г. в Петроград прибыл из Дюнкерка пароход "Калифорния" с грузом для уральской миссии Французского Красного Креста. Сама миссия состояла всего из 3-х французов, остальной штат предполагалось нанять на месте. Старшим был интендантский полковник Жильбер Сишель-Дюлонг, 50-ти лет, который до Мировой войны руководил Нижне-Туринскими приисками на Урале. Два других - лейтенант Луи Гарб, 26 лет, прекрасно говорящий по-русски, но никогда, по его словам, не бывавший в России, и Евгений Рошетт, 40 лет, который родился и до 14 лет жил в Москве, затем служил лакеем в русском посольстве в Париже.

Все трое прекрасно знали куда едут и с чем столкнутся. Это и привело к дикой недельной задержке с отправкой грузов.

Продовольственное положение на Урале в то время было критическим, близким к отчаянному. ЦК Помгол бросал туда все, что только мог. Но тут случилась загвоздка: в стране все еще действовал, хотя и с кучей допущений, сухой закон. Ввозить в Россию алкоголь разрешалось исключительно для личных нужд и крепостью не более 20 градусов.
Эти трое на голубом глазу заявили Петроградской таможне, что везут алкоголь только для себя и ни с кем делиться не собираются.

Вот только везли они, для себя-любимых, 3,22 тонны (3,221 кг, если быть точнее) алкоголя, из которых четверть составлял ром, все остальное - вино.
Дюлонг наотрез отказался трогаться с места и вообще покидать пароход, если миссию не выпустят со всем привезенным бухлом. ЦК Помгол таможне был не указ. Никакие уговоры на Дюлонга не действовали. В дело пришлось вмешаться Чичерину и лично разруливать вопрос с таможней. Чичерин смог выжать максимальную уступку у Дюлонга - тот пообещал включить маленькие порции красного вина в меню для выздоравливающих тифозных больных и больных малокровием. На ром пришлось закрыть глаза рукой. После недельного простоя миссия отправилась в Екатеринбург.

Там все было ожидаемо.
Приехали, разместились. Явилась к ним наш полпред при иностранных организациях помощи в Екатеринбурге товарищ Штальберг и предложила Дюлонгу приступить к набору кадров. На что Дюлонг сообщил, что уже нанял в Москве секретаря, некую Т.П. Панову, и просит Штальберг обсудить этот вопрос с ней. И вообще - все вопросы можно решать с секретарем, а он, Дюлонг, займется общим руководством.
Тетки друг другу сразу не понравились. Панова тыкала и указывала Штальбег что делать. Всю власть в конторе сосредоточила в своих руках. Основной своей обязанностью считала ограждать Дюлонга от любых волнений и, тем более, посещений. При таком порядке Дюлонг стал приходить в контору в 11 утра и отсыпаться от ежедневных попоек. В час дня он сваливал в нэпманский ресторан. И так каждый день. Редкие часы трезвости он проводил шарясь по барахолкам, скупая уральские камни и иконы. Единственное заметное деяние, которое совершил - раздал Уральскому Обществу Любителей Естествознания костюмы и американские консервы, за что был избран председателем. Стал в добавок по вечерам бухать с президиумом общества.
Два других француза были совсем не в восторге от власти какой-то бабы. Гарб, пользуясь случаем, поехал в Нижний Тагил кормить местные детдома, захватив с собой 8 ящиков рома. Рошетт же просто плевался желчью и пил как сапожник, ни в чем не уступая патрону.

Штальберг пришлось вмешаться в работу французской миссии. Местное ГПУ очень быстро завербовало Рошетта в осведомители. У того уже начался алкогольный тремор и всю письменную работу за него стал выполнять знающий французский чекист. От Рошетта узнали интересные подробности отношений Дюлонга и Пановой.

Панова была "экономкой" Дюлонга, когда тот руководил приисками. С началом войны, Дюлонга вызвал в Петербург консул и вручил повестку в армию. Перед отъездом Дюлонг куда-то вывез из конторы полтора пуда серебра и антиквариат. Панова осталась в России, так как у Дюлонга во Франции оказались жена и взрослый сын.
Вскоре после отъезда Дюлонга, Панова объявилась в Москве и открыла кондитерскую. До 17-го года получала из Франции письма.
Заехав по пути на Урал в Москву, Дюлонг первым делом разыскал Панову.
Рошетт добавил еще такой штрих к их портрету: если Дюлонг приползает домой бухой позже часу ночи, то Панова его колотит.
Такая вот алко-лавстори.

В августе в Екатеринбург приедет руководитель всей французской экспедиции Аннонэ де ла Гранж, приведет Дюлонга в чувство и заставит работать. Правда продлится все это только до отъезда де ла Гранжа.

С Гарбом тоже все вышло интересно.
Гарб приехал в Нижний Тагил и окунулся в весь ужас местных детприемников. Руководил распределением продовольствия и снабжал местные аптеки. Наладив дело, Гарб тоже запил запоем. Три месяца все шло ровно.
Осенью, из-за высокой смертности коммунистов и убыли личного состава соворганов на Урале, была разослана директива в западные губернии о командировании своих сотрудников для работы на Урале и Западной Сибири. В ноябре 1922 года в местное отделение ГПУ прибыли два товарища аж из Карелии. Через неделю, на улице, прямо на тротуаре, они столкнулись с пьяным Гарбом и сходу опознали его как "командира батальона белофиннов". Приволокли в отделение. Гарбу пришлось уехать. Выехал он, что примечательно, в Финляндию.

Вот они все в сборе в Екатеринбурге. Дюлонг специально выделен на фото. Женщина в том же ряду - Панова. Бородатый и усатый Рошетт, видимо основательно поддатый, сидит рядом с Пановой. На полу валяется Гарб. Остальные - сотрудники местного РОКК, работники миссии и чекисты:


Таможенные цифры по алкоголю из переписки Петротаможни с ЦК Помгол: ГАРФ, ф. Р-1058, оп. 1, д. 435, л. 68.
Компромат, собранный Штальберг: ГАРФ, ф. Р-1058, оп. 1, д. 344, л. 215.
Tags: Дюлонг, Екатеринбург, Урал, Французский Красный Крест, алкоголизм, голод, помощь, таможня, французы
Subscribe

  • "Kamrat!"

    Мой очередной опыт художественного перевода стихов шведских интернационалистов на нашей Гражданской. На этот раз короткое, но энергичное…

  • Лихой самарский серб.

    Спасое "Бачо" Стеич. Родился в 1892 г. в селе Ада, что в Воеводине. В 1914 году призван в Австро-Венгерскую армию. В 1915 году при Добрудже был…

  • Милена Година, словенка из Триеста.

    В свои 19 лет одна тащила на себе весь документооборот по агитации и пропаганде среди итальянских интернационалистов, по формированию итальянских…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments

  • "Kamrat!"

    Мой очередной опыт художественного перевода стихов шведских интернационалистов на нашей Гражданской. На этот раз короткое, но энергичное…

  • Лихой самарский серб.

    Спасое "Бачо" Стеич. Родился в 1892 г. в селе Ада, что в Воеводине. В 1914 году призван в Австро-Венгерскую армию. В 1915 году при Добрудже был…

  • Милена Година, словенка из Триеста.

    В свои 19 лет одна тащила на себе весь документооборот по агитации и пропаганде среди итальянских интернационалистов, по формированию итальянских…