(no subject)

Умираю с этой фразы Метхи Баяра (Methi Bayar):
"Опыт тылового обеспечения, накопленный со времен Сулеймана I, позволил турецкому солдату под Думлупынаром пронзить грудь врага штыком, который был доставлен из Советской России на черноморском рыбацком баркасе".

Идиотизм по-французски.

Из доклада советского полпреда в Турции Я.Я. Упмала от 8 ноября 1920 г.:
"В Киликии французы заняли несколько городов. С неловкостью и непредусмотрительностью, свойственным всем операциям французов в Турции (после перемирия), они назначили для оккупации этих городов армянские части французской армии. Армяне, чувствуя себя сильными, бесчинствовали и хулиганили, как только могли, особенно в Мараше. Мусульмане восстали, и после 17 дней уличного боя, изгнали французов и армян из города. То же повторилось почти во всей Киликии".


На фото: турецкое ополчение Мараша, 1920 год.

Дипломатический и внутриполитический гений Мустафы Кемаля на примере коммунистов.



Вся логика событий 1920 года буквально толкала Анкару и Москву к максимальному сближению. Все разногласия очень быстро устранялись, сглаживались или убирались в дальний ящик ввиду возраставших угроз. Единственное принципиальное расхождение - Кемаль ни разу не был коммунистом. Так бы и ладно, но Москва весьма успешно, хоть и с трудом, лечила одну из общих проблем - армянский дашнакизм - коммунистами: тема постоянно всплывала.
В Турции были коммунисты в достаточном количестве, правда не особо сплоченные. Кемаль их откровенно не любил. И что ведь сделал!
Следим за руками.

В октябре 1920 года в Анкару приехал советский поверенный Ян Янович Упмал.
Незадолго перед тем, турецкие власти сильно, но без крови и посадок, прижали своих коммунистов, загнав многих в подполье. В ответ, в сентябре 1920 года в Баку была создана компартия Турции, полностью подконтрольная Коминтерну, но не имевшая серьезного влияния в самой Турции.
20 октября 1920 года состоялась личная встреча Кемаля и Упмала.
Упмал, естественно, поднял на встрече вопрос турецких коммунистов, указав на то, что Москву крайне напрягает их настоящее положение в Турции.
Кемаль ответил, что не доверяет им и не может на них положится, он не может допустить, чтоб ему, в такое непростое время, прилетело еще и от них.
Упмал стал горячо утверждать, что Москва приложит все силы, да просто ручается, что турецкие коммунисты будут союзниками Кемаля, разом снимут реальное внутриполитическое напряжение и будут только способствовать укреплению отношений между странами.
Кемаль, на это, задал вопрос в лоб: "Значит вы хотите, чтобы здесь была разрешена Турецкая Коммунистическая Партия?".
Упмал радостно подтвердил, что это именно то, чего хочет Москва.
"Хорошо, через три дня я проведу через Большое Национальное Собрание соответствующий закон".

24 октября Кемаль вытащил из подполья местных коммунистов, дал им официальное признание и создал еще одну Компартию Турции. Коммунистам из Баку не оставалось ничего иного, как начать объединяться с ней.
Таким образом, Кемаль получил, правда временно, подконтрольных коммунистов, с которыми не надо было бороться. А на будущее посеял между ними вражду и соперничество. Начальная история КПТ получилась очень непростой.
При этом Кемаль дал выпустить пар немногочисленным прокоммунистически настроенным рабочим.
Перед Москвой же он честно выполнил ее просьбу.

Цитаты по: Мехмет Перинчек. Тайные страницы русско-турецкой дипломатии по архивным материалам: от Сулеймана Великолепного до Назыма Хикмета. М., "Маска", 2019.

Столетие Коминтерна.



Вчера повезло принять участие в потрясающей конференции в московском педагогическом университете: "Столетие Коминтерна: история, идея и модель левой глобализации".

Все доклады доставили огромное удовольствие. По некоторым вопросам спорили жестко и хлестко, не взирая на членство в РАН и прочие регалии оппонентов - конференция шла по делу и была именно научной.
Приятно удивило и обрадовало, что темой глубоко занимаются молодые ученые: личным открытием стала великолепная Дарья Дымчак - специалист по истории компартии Италии и теории Грамши. Она четко, по этапам, проследила и объяснила трансформацию КПИ от послевоенной могучей 1,6-миллионой партии до современного ничтожества (да, вина прямолинейного вмешательства КПСС тут определенно есть).
Прекрасная Софья Маркина просто открыла для меня компартию Южной Африки.

Титаны и тяжеловесы были великолепны в докладах и диспутах.
Рад лично познакомиться с всегда готовым к битве Андреем Александровичем Куренышевым (по полочкам разложен Крестьянский Интернационал), бесподобным и убедительным конспиратором Владимиром Борисовичем Павленко (громил ультраимпериализм и никому не давал обижать компартию Китая).
Алексей Брониславович Ананченко дал мастер-класс четко регламентированного научного доклада - в пятнадцать минут полностью раскрыл тему, не сказав ничего лишнего, но при этом вложил в головы кучу мыслей.
Тихо восторженно повизгивал при узнавании знакомых имен в докладе Резеды Идвартовны Мусиной "Коминтерн:венгерский след".

Безумно рад первой личной встрече с, не побоюсь этого слова, коллегой Усмановым Наилем Вакиловичем. Именно он является главным спикером в потрясающем документальном фильме о нашем голоде "The Great Famine". Наиль Вакилович титанически тащит груз работы над общей историей АРА в России. На конференции он представил доклад по малоизученной теме пребывания Коминтерна в эвакуации в Башкирии в 1941-1943 гг.

Сама ссылка на конференцию здесь:
http://mpgu.su/novosti/v-mpgu-proshla-nauchnaja-konferencija-posvjashhjonnaja-istorii-kominterna/

Как же хочется почаще таких мероприятий..
А еще в МПГУ прекрасный музей.

Национализация женщин.

Когда в марте 1918 года саратовские анархисты вывесили афишный щит с известным шуточным декретом о национализации женщин, все тут только ржали. Самарские анархисты, как народ веселый, тоже его перепечатали - поржать все любят.
Вот этот второй, самарский, щит и запустил эту дебильную пропаганду на самых серьезных щщах, которую нам пытались впихивать в 90-х.
Этот щит висел у клуба анархистов (Андрей Артемов покажет вам его здание на экскурсии) и никто его не снимал даже после анархистского мятежа - прикольно же. В июне Самару захватили белочехи и пришел Комуч. Те тоже ржали, но когда всей этой кодле надавали пинков, а Колчак (который прикончил остатки Комуча) не смог взять Самару, то пошел новый виток пропаганды об "ужасах Совка" и в топку стали бросать "материалы" накопленные Комучем.
Все бы так и заглохло в болоте белоэмигрантских газет, но летом 1918 года в Самаре было полно американцев и англичан (YMCA, Американский Красный Крест, квакеры, корреспонденты и т.п.), которые даже образовали тут колонию. Они тоже ухахатывались с декрета и перевели его на инглиш - историю узнали в США и Англии.
Весной 1919-го, в целях поддержки наступления Колчака, стартовала широкомасштабная пропагандистская кампания, которая на Западе имела цель убедить налогоплательщиков в целесообразности спонсирования "Колчак и Ко". Этот шуточный декрет стал выдаваться в центральной прессе союзных держав как подлинный декрет Советской власти.
В апреле газета "Таймс" перепостила эту ахинею так, что у бывшей англо-американской самарской колонии бомбануло. От имени всей колонии, Джон Рикман, квакер из Бузклука, написал письмо-опровержение, в котором подробно указал как было дело, что из себя представлял "декрет", зачем его перевели на инглиш и насколько это все вообще соответствует действительности. Свое письмо он подкрепил выдержкой из советских декретов и постановлений о равноправии женщин.
"Таймс" ничего не ответила, но рядовые журналисты передали письмо в еженедельник "Лейбор лидер", который его и напечатал. В два дня письмо было перепечатано всеми левыми газетами США и Англии, а также в изданиях квакеров.
Официальная пропаганда была вынуждена заткнуться, но опровержения никто не опубликовал.

На фото Джон Рикман:

Голландский плакат с призывом о помощи голодающим русским детям, 1922 год.



Нидерланды, все вместе (НидКК, голландские коммунисты, профсоюзы 2 Интернационала и общественность), спасли порядка 35.000 наших жизней и подарили миру такую личность, как Себальд Юстинус Рутгерс.

Ректор Пекинского университета в 1917-1924 гг. Цай Юаньпэй - 蔡元培


В наших документах назван "профессор Теан Юан-пей".
Заместитель председателя Всекитайского комитета помощи голодающим России.

Один есть )
ВКПГ зимой-весной 1923 года в одном только Пугачевском уезде Самарской губернии кормил 27.000 человек.
Самого главного - председателя - пока никак не расшифрую. Ландер и Каменева называют его "господин Хенунг Хен-линг". Чувствую совсем непростой, раз в замах у него ректор крупнейшего универа в стране.
Состав президиума Комитета имеет зацепки, так что надеюсь всех разыскать:
Шанг Хинг-Юан - президент сельскохозяйственного института;
Шен По-шенг - издатель (редактор?) "Морнинг Пост".
Хене Инг-по - издатель "Каданг По";
профессор Ли Тао-шао - преподаватель Пекинского университета;
г-н Ху Ао-кунг - член Парламента;
г-н Ио Хин - член Праламента;
г-н Китанг Хао - член Парламента.

Вопросы по истории Китая в ХХ веке.

Китай на 1922 год полностью раздробленная страна с обособленными провинциями и правителями в них. Пекин с провинцией под чьим фактическим контролем в 1922-23 гг.? Гоминьдан там имеет влияние?
И вопрос посложнее: сеют ли в окресностях Пекина просо в промышленных объемах?
Три китайских продмаршрута везли нам преимущественно просо.

Красноармеец Лёшка.


После февральской революции 1917 года шестнадцатилетняя служанка Ольга Воробьева взяла расчет у своей барыни в Орле и вместе со своим дядей поехала на Донбас работать шахтером - вот прямо так буквально поняла слово "свобода".
В шахте номер 12 к ней стал приставать старший мастер и она разбила ему об башку лампу, сразу завоевав любовь и покровительство всей бригады.

В декабре 1917 года, когда атаман Каледин подошел к Новочеркасску, на шахте была сформирована красногвардейская рота для защиты родного Донбасса. Ольга вступила в нее простым стрелком, записавшись Алексеем Миронычевым. Рота была влита в 1-й Харьковский Пролетарский отряд. Как самого мелкого и щуплого, "Алексея Миронычева" в отряде стали называть просто "Лешкой".
В составе отряда Лешка принял участие в обоих кровавых штурмах Дебальцева. После взятия станции Лешку перевели в разведку. В разведке было два бойца - сам Лешка и сын полка 11-летний Ванька. Лешку, как похожего на девку, наряжали в женское платье, а Ванька играл роль сельского дурачка. В таком виде их отправляли в тыл белых, где они считали солдат, казаков, орудия, эшелоны и прочее.
В конце февраля 1918 года разведчики не смогли пересечь линию фронта на участке своего отряда и перешли ее на участке 1-го Костромского красногвардейского батальона. Батальону была поставлена задача выбить белых из поселка Янов в 7 верстах от Новочеркасска. Лешку, без лишних разговоров, определили вторым номером пулеметного расчета. В ходе штурма пулеметная точка была накрыта снарядом белых. Первый номер был убит на месте, а Лешке оторвало левое ухо.
Collapse )