Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Альварес дель Вайо (Julio Álvarez del Vayo y Olloqui)



Испанский и аргентинский журналист, организатор испанской гуманитарной помощи голодающим Советской России и Украины в 1922 году.
С Первой мировой войны Альварес являлся корреспондентом сразу трех крупных газет: аргентинской "Националь", мадридской "Эль Соль" и английской "Манчестер Гардиан". В марте 1917 года брал в Швейцарии интервью у абсолютно неизвестного европейской публике русского революционера - Ленина.
В 1921 году вошел сам по себе в комитет Нансена. В январе 1922 года посетил наши голодающие губернии. В феврале мадридская "El Sol" открыла подписку в пользу русских голодающих. С ней тут же стали соревноваться барселонские газеты, которых поддержали футболисты "Барсы". Все собранные средства переводились лично под честное слово и имя Альваресу. Кроме того, Альварес устроил лекционное турне испаноязычных работников комитета Нансена по Южной Америке, где также собирались средства для нас.

Испанская помощь голодающим нам очень мало изучена на данный момент. Мы даже толком не можем сказать сколько всего было собрано и распределено. Точно знаем, что Квислинг открывал на Украине столовые на испанские деньги, но где именно - предстоит еще выяснить.

Монгольский "Белый слон"

В октябре 1921 года, вняв нашим призывам о помощи голодающим, правительство Монголии подарило нам табун в 1000 лошадей. Самовывозом.
Совпра с радостью подарок приняло, не вникая в подробности. О подарке напечатали в газетах. Принять и доставить "подарок" было поручено Иркутскому губисполкому.
Вы бы от такого удара точно не встали.

Проблемы:
- Забирать надо очень быстро, до середины ноября, по климатическим условиям. Все планировать и действовать приходится в жесточайшем цейтноте;
- Нужны табунщики и люди знающие монгольский. С Тывой все сложно, буряты не пойдут, русских "специалистов" по пальцам пересчитать и их еще надо собрать;
- Лошадей надо в пути кормить, а фуража нет: либо отправлен в Поволжье, либо в армию, либо у крестьян. Крестьяне уже заплатили продналог, за так ничего не дадут, а выкупать - денег нет;
- Лошадок надо гнать к железнодорожной ветке. И не просто, а к нормальной станции, где можно загнать эшелон в тупик и ждать их. До ближайшей удобной - 400 верст, но их не пройти - бандитизм и трудная местность. Надо тащить в обход общим путем примерно в 800 верст;
- Надо собрать эшелон, а вагоны и паровозы либо разбиты, либо забраны под Помголовские грузы, либо забронированы армией - надо договариваться, находить топливо и т.п.
- Договариваться и составлять эшелон нельзя, пока не выполнены предыдущие пункты;
- В Монголии сильно неспокойно, в пути тоже. Нужна вооруженная охрана. Ясно, что на лошадях. Все армейские части сосредоточены на границе ДВР и снимать их нельзя. Составлять охрану из бурят или тувинцев нельзя в силу местной специфики. Набирать русских охотников - время и деньги, которых нет. Единственный выход - брать у пограничников, но тут только с Москвой договариваться;
- Деньги на всю экспедицию. Их нет.

Иркутский губисполком справился. Об этом и пишу сейчас статью.

Красный граничар, Голод и любовь.



Данила Тодорович Сердич - ликийский серб, потомственный граничар, легендарный герой Гражданской войны. Летом 1921 году Сердич командовал 1-й бригадой 6-й Чонгарской дивизии Первой конной армии. Дивизия не была демобилизованна, так как занималась борьбой с бандитизмом на Северном Кавказе.
27 июня 1921 г., на партийной конференции дивизии, Сердич предложил в свободное от боев время бросить все наличные средства на помощь местным крестьянам и железнодорожникам, чтобы дать хлеб голодающему Поволжью. Бригада Сердича помогала убирать урожай, грузить хлеб в вагоны, вспахивать крестьянские поля и засевать озимые. При этом постоянно ведя бои с бандами и недобитыми белогвардейцами, уничтожая их логова и защищая от этих приятных людей продмаршруты.

В декабре 1921 г. бригада была расквартирована в Ессентуках. Там же красные конники взяли под свое шефство местный детдом, который содержали за счет своих пайков. Однажды Сердич поехал с ординарцем лично проинспектировать житье-бытье подшефных.
Collapse )

Железная 24-я.



"Мы, бойцы Железной дивизии, клянемся вам, голодающему самарскому крестьянству, помочь всем, чем только сможем, все сделаем, что будет в наших силах, чтобы облегчить ваши бедствия. Ни один красноармеец не останется безучастным к вашему несчастью. Дорогие товарищи, мы так-же бедны, как и вы, но все, что только возможно, мы отдадим вам... Мы верим, что общими усилиями рабочих, крестьян и красноармейцев, Советская власть справится с великой бедой голода и выйдет из нее более окрепшей и закаленной".

Письмо бойцов Железной дивизии голодающему крестьянству Самарской губерни. "Беднота", 1921, 2 сентября.

24-я Железная дивизия находилась в то время в Дагестане. Дивизия в полном составе оставила себя на три дня подряд совсем без еды, отправив тогда же в Самару 2,1 тыс. пудов продовольствия из собственных скудных запасов. Дивизия в полном составе отправила в Самару все свое месячное денежное довольствие за сентябрь в размере 70 миллионов рублей, и еще 8 миллионов бойцы и командиры насобирали по своим дырявым карманам.
В дальнейшем командиры дивизии ежемесячно отчисляли в пользу голодающих 3 дневных пайка, бойцы - 2.

Кан. дисс. Чемерисского.

Геи-большевики, старый сапёр, медный провод и 1,200 немцев.



23 февраля 1918 года через Псков шли деморализованные части старой царской армии, грабили всех встречных-поперечных и тащили все подряд. Все наличные силы красных сражались на подступах к городу, смещаясь под натиском противника на северо-восточную его окраину.
Члены псковского комитета РСДРП братья Гей К. и Гей Ю. сумели собрать в этой суматохе 250 человек вооруженного актива в театре Пушкина для поддержания хоть какого-то порядка. Вечером к ним подошла авторота под командованием А.И. Иванова. Решили хоть как-то попытаться задержать подходивших немцев.
Иванов смог приостановить отряд Главных артиллерийских эксплуатационных мастерских Северного фронта, в которых сам ранее служил. Отжал у них броневик. Отряд вывозил пироксилин с артиллерийских складов - Иванов отцепил два вагона.

Братья Геи и М. Ушарнов отдали распоряжение перетащить наличные пулеметы в Дом Свободы и туда же подогнать автомобили.

Ночью актив стал разбегаться.

Утром 24-го через город еще шли последние колонны царской армии. Стрельба шла со стороны северной окраины.
Коммунистов в Доме Свободы осталось 7 человек. Иванов со своими людьми еще ночью снял с какого-то горелого мотора медный провод диаметром 2 и 0,2 мм, с которым уехал на артиллерийский склад.

Коммунисты установили два пулемета на углу Гоголевской улицы и Кохановского бульвара, заправили их водой и направили в сторону вокзала. Подогнали грузовик.
Collapse )

Как государь-император Петр III стрельбу из пушек по кормильцам прекратил.



В середине XVIII века Российская империя жила за счет так называемого "Земледельческого района", в который входили три хлебопроизводящие губернии: Белгородская, Воронежская и Казанская с податным населением в 2,423,309 душ мужского пола, из которых более 1,800,000 составляли крестьяне. Эти миллион восемьсот тысяч мужиков и кормили всю страну, армию и флот.
Вот только государственных крестьян там было меньшинство: 1,015 млн - помещичьи крестьяне, 400 тыс. - монастырские.
В 1750-х гг., до и во время Семилетней войны, в Земледельческом районе произошло 12 крупных крестьянских восстаний. Не бунтов и тупой уголовщины, а вооруженных выступлений против властей, с вооруженным же отстаиванием своих требований.
8 восстаний пришлись на монастырских крестьян, 4 - на помещичьих. Полыхали уезды Белевский, Брянский, Карачевский, Курский, Котельнический, Симбирский, Скопинский, Хлыновский, Шацкий, Орловский.

Все восстания до единого были под копирку.
Причины: полное разорение непосильными оброками и тяжелой барщиной. Истязания и произвол со стороны монастырских властей и помещиков.
Требования: перевести всех в государственные крестьяне, установить фиксированный оброк.
Власти требования крестьян игнорировали, после чего те изгоняли представителей помещиков и монастырей, провозглашая полное неподчинение им. Те жаловались в воеводские канцелярии и оттуда высылались воинские команды для усмирения бунтовщиков.
А вот дальше все происходило по-разному.
Collapse )

"Избавьте нас от комментариев, доложите по форме!"



Совершенно гениальная военно-психологическая румынская драма 1964 года "Лес повешенных".

Первая мировая война, октябрь 1916 года. Совсем молоденькому трансильванскому лейтенанту австро-венгерской армии отдан приказ повесить какого-то чешского подпоручика за попытку перехода к русским.
Collapse )

"Не спускай глаз с этой ведьмы! Она следит за нами! У нее русские глаза! Русские!"



"Повозка в Вену" ("Kocár do Vídne"). Чехословацкий фильм 1966 года.

"У деревенской женщины повесили мужа - он не воевал, его казнили за кражу пары мешков цемента. Вдова похоронила его той же ночью, приближался фронт и кто знает сколько бы ей потом пришлось ждать. Наутро в дом скорби вошли два немецких солдата. Они не ведали о трагедии, и приказали женщине приготовить повозку и ехать с ними. "Божье знамение" - подумала женщина и молилась дабы укрепить свой дух для справедливого возмездия".

3 мая 1945 года. Два солдата - австрийцы. Один из них тяжелораненый офицер, прошедший всю кампанию на Востоке. Им надо в Австрию, они не хотят больше воевать. Повозку они взяли силой, но готовы заплатить за проезд золотыми вещами. Женщина отказывается брать плату - с мертвых не берут.
Все мысли женщины - о топоре, что подвешен на скобах под днищем телеги. Своим крестьянским умом она обстоятельно подходит к делу: незаметно разоружает солдат, лишает их компаса, чтоб действовать наверняка. И постепенно завозит в чащу векового леса.

"Немцы" очеловечиваются с каждым кадром: делятся своей болью, переживаниями, говорят о родных и доме. Но что перед ними уже не человек, а Харон, везущий их прямиком в Ад, они догадаются далеко не сразу...

"Мама, я жив! Mama, ich lebe!" (ГДР/СССР, 1976 г.).



Самый лучший, на мой взгляд, фильм об интернационалистах. 1944-й год, четверо немецких военнопленных сознательно вступают в ряды Красной армии.

В фильме много военных, оружия (штурмгеверы) и техники, но нет боев. Это история про мучительный выбор, про тяжелый разрыв с боевыми друзьями и про главную дилемму: как стрелять в "своих"? За весь фильм - всего один труп, но он служит одновременно точкой невозврата и обновления.

Великолепнейшая работа немецких сценаристов из ГДР. Даже не заглядывая в их биографии скажу, что в съемочной группе точно были люди прошедшие лагеря для военнопленных - настолько убедительно показаны лагерный быт, типажи, разговоры и передано общее настроение. Все роли и диалоги прописаны досконально и заставляют верить "от и до".

Беспомощный в своей ненависти к немцам лагерный политкомиссар - пожилой еврей. Каждый день он читает пленным шаблонные агитки и осознает свою бесполезность:
"- Почему вы не слушаете меня?
- Парни вам не верят, вы говорите какую-то ерунду.
- Например?!
- Ну, то, что в вашей стране рай для рабочих. А мы никакого рая тут не видим.
- Но это же правда! А что бы вы сказали на моем месте?
- Я бы сказал, что русские были раньше очень бедными, и построили все вокруг с огромным трудом. А теперь мы хотим все это у них отобрать".

Трогательный в своей несоразмерной шинели мобилизованный интеллигентный штатский германист, который сопровождает четверку немцев на фронт в разведбат.
Collapse )

"Осторожней, Рудаков, осторожней! Это картина, а не миномет!".



"Пять дней - пять ночей" - художественный фильм производства ГДР и СССР о поиске и спасении картин Дрезденской художественной галереи, вывезенных фашистами в последние дни войны.

8 мая 1945 года. Уничтоженный и расплавленный американскими бомбардировщиками Дрезден. По завалам, под развалинами, обходя неразорвавшиеся бомбы, пробирается советская разведгруппа во главе с капитаном-бывшим архитектором. Задача разведчиков - найти любые следы вывезенных фашистами шедевров мировой культуры.

Режиссеров было два: советский и немецкий. От немецкого режиссера фильму достались потрясающие бытовые зарисовки и психология немецких художников, искусствоведов и музейных работников, которых пытаются привлечь к поискам эти непонятные русские. Советский режиссер как мог пихал пафос, но замечательные советские же актеры просто нивелировали его.

Хорошо доставили ленинградские искусствоведы и реставраторы, вынужденно надевшие военную форму. Бальзамом на душу было раскрытие темы интернационалистов. Глаза простых немцев, провожающих взглядом строящиеся два взвода советских солдат перед боем с засевшими в замке и нежелающими сдаваться эсесовцами.
Самое мощное - когда советский старшина принял босую Мадонну с Младенцем за казненных фашистами жену и сына, и поставил к полотну почетный караул, а немцы решили, что картину арестовали.
Безумно драматичен эпизод работы саперов в затопленной шахте.

Да, а музыку к фильму написал сам Шостакович.